Андрей Илларионов и Гари Табах. Моральный кодекс президента

[interview_ani]

Watch on YouTube

https://www.youtube.com/watch?v=Onlt1DrBSWg

Расшифровка разговора Гари Табаха с Андреем Илларионовым возле Белого Дома от 05.05.2024 года от stanislav-vldm

Г. Табах: Андрей Николаевич! Спасибо Вам огромное, что Вы пришли. Я не могу не использовать этот момент, не использовать Андрея Николаевича прямо перед Белым домом, чтобы он всё-таки нам объяснил, почему все так боятся Трампа. Что они боятся: что он придёт и сделает что: мир перевернёт? Почему, вот, столько вранья, столько денег, столько убийств, готовы Израиль сдать, готовы Украину, Тайвань, всех готовы… до сих пор блокируют Красное море и Суэцкий канал, что наши военные корабли должны ходить вокруг Африки, потому что Трамп, боятся Трампа, что Трамп придёт. И что, почему, в чём проблема-то, что у нас сменится власть? Почему столько много вранья?

А. Илларионов: Вы знаете, Гари, Вы совершенно правы в том, что прямо, честно, откровенно, как говорят по-английски, straightfore, говорите о главном страхе, о главном ужасе, который обуял нынешнюю американскую власть, – это возможность переизбрания, обычного нормального демократического переизбрания власти в Соединенных Штатах Америки, то, что происходило в этой стране 250 лет подряд, что не вызывало никогда, ни в какие периоды времени – даже тогда, когда это шло накануне Гражданской войны, во время Гражданской войны, после Гражданской войны, – это никогда не вызывало такого чудовищного, дикого зверского страха по отношению к возможному кандидату, возможному победителю предстоящих в ноябре этого года президентских выборов. И действительно, это абсолютно правильный вопрос: почему? Что означает победа Трампа, кто такой Трамп, почему в нём есть столько: обнаружили рожки, ножки, копытца, хвостики; почему устраивается вот эта вся беспрецедентная кампания по всем меркам, историческим меркам Соединённых Штатов Америки, что с этим связано? Какие мы можем дать по этому поводу ответы? То, что Трамп придёт и устроит диктатуру, – мы знаем, это ложь. Это ложь, которая неоднократно… т. е. её постоянно раскручивают, её постоянно распространяют, но мы знаем, что это ложь. Трамп не сделал ни одного шага за все 4 года, в течение которых он был действительным президентом Соединённых Штатов Америки… Важно не только то, что он говорит, что он не будет этого делать, важно не то, что он не показал ни одного примера того, что у него есть намерение это делать, но у нас есть четырёхлетний срок его пребывания у власти с 2017 по 2021 год, и не только тогда, но и сейчас, по прошествии 3-х с половиной почти лет после того, как Трамп ушел из Белого дома, среди тех 92-х уголовных дел, которые против него направлены, нет ни одного дела, нет ни одного обвинения к Трампу за превышение его президентских полномочий, за нарушение законодательства Соединенных Штатов Америки, за нарушение конституции Соединенных Штатов Америки, за нарушение каких бы то ни было правил, за исключением единственно, что у него оказались какие-то документы с грифом «секретно», которых оказалось в 50 раз меньше, чем у Хиллари Клинтон, чем у Обамы, чем у других, что-то такая совершенно стандартная процедура для всех бывших президентов, потому что это вообще не вопросы Трампа, это вопросы его stuff’а, который какие-то документы <нрб.> он никогда туда не заглядывал и не имел представления, что в этих документах. Но опять-таки, нет ни одного вообще признака, ни одного шага, чтобы он именно такое делал. Значит, тогда возникает вопрос. Значит, если это неправда, [то] что еще неправда? Неправда – вот, говорят, он станет диктатором. С какой стати он станет диктатором? Он сказал, что он будет диктатором. Сказал? Да, он сказал. Его спросил Шон Ханнити и говорит: «Так Вы что, станете диктатором?». И он, смеясь во весь рот, сказал так: «Я стану диктатором на один день для того, чтобы принять все необходимые законы», – и сказал, какие он законы примет. Но даже из того, что сказал Трамп, если он действительно будет избран, если он окажется на этом посту, если он действительно будет это делать, то даже то, что он собирается сделать, будет в 250 раз меньше, чем то, что сделал Байден в первый день нахождения в Белом доме в Овальном кабинете. И когда его спросили: «А Вы же сказали». Ну, конечно, это же шутка, это сарказм.

Он несколько раз сказал: «это joke, это jest, это шутка, насмешка, ирония, и все так и поняли и весело рассмеялись, все хохотали, все смеялись до упада. Это, понятно, шутка. Это шутка, отражающая то, что на первый день я собираюсь делать, подписать много указов, решений точно так же, как Байден сделал в первый день своего пребывания во власти. Это совершенно нормальный процесс». Т. е. это, совершенно понятно, шутка. И эта кампания намеренно искажает слова и искажает контекст, представляя в том, что Трамп собирается стать диктатором, говорит об этом, – просто откровенная, наглая, манипулятивная пропагандистская кампания. Опять, это не работает. Хорошо. А что вообще тогда действительно Трамп может сделать, если он окажется во власти? Его спрашивали в недавнем даже интервью в журнале «Тime», [журналист] говорит: «Что Вы собираетесь делать?». Причём некоторые вопросы журналист задавал по 7 раз, по 8, по 10 раз, пытаясь найти, немножко иначе формулируя, ожидая, что Трамп как-то там сорвётся или иначе сформулирует, что где-то его можно будет подловить. Надо отдать должное Трампу – я бы сказал, это такой большой мастер отвечать немножко по-другому на те же самые вопросы, но по сути оставаясь на этой же платформе, ни в коем случае не давая почвы для того, чтобы потом этот журналист бы на него… Он [журналист] всё равно на него напал, он всё равно безосновательно на него напал, но тем не менее Трамп выдержал эту пытку абсолютно замечательно, ни разу не сорвавшись, не повысив голос, и в конце поблагодарил и говорит: «Слушай, замечательно, что ты со мной провёл весь этот разговор, ты мне понравился, приходи, звони, если что нужно будет, сделаем». Ну блестяще просто провёл это, вот, аристократически провёл интервью, и поблагодарил и так далее. Этот [журналист], конечно, вылил несколько вёдер дерьма. Но в этом и заключается аристократизм, в этом и заключается джентльменство: несмотря на то, как к тебе относятся – отвратительно, мерзко, подло, – аристократ по-настоящему никогда не опускается до этого уровня, и Трамп это продемонстрировал. И вот в этом-то и заключается ответ на Ваш вопрос. Это ответ, намерения подонков человеческого общества по отношению к тому, кто является аристократом и джентльменом, кто никогда не опускается на этом уровне…

Г. Табах: Аристократ никогда на дуэль не вызовет холопа.

А. Илларионов: Сколько раз накануне той, предыдущей, предвыборной кампании к Трампу обращались [c вопросом], как он поступит с Клинтон в том случае, если он станет президентом. И он сколько раз говорил: «Посадить ее, посадить»; «Я что сделаю? – посажу ее». Посадил ли он Клинтон? Нет. Открыл ли он хоть одно уголовное дело против неё? Нет. Хоть один прокурор Соединённых Штатов Америки хоть одно дело открыл против Клинтон: за утрату государственных документов, за сохранение документов секретных в <нрб.> месте, за пользование сервером незаконное (вот это нарушение закона – прямое нарушение закона для сотрудника, высокопоставленного сотрудника), за то, что произошло в Бенгази, за гибель американских военных, за гибель американского посла? Хоть кто-то сделал? Никто не сделал. Трамп ни одним словом, ни одним жестом, ни одним действием нисколько этому не способствовал.

Г. Табах: Ни одного критика своего не посадил.

А. Илларионов: Не пытался этого сделать. Это поведение кого? Аристократа. Внутреннего аристократа. То, что у него, там, жёлтая чёлка или разбросанные [волосы] – не имеет значения. Внутренне, по поведению, он аристократ, он не позволят себе шагов и действий, даже некоторых, которые позволяет это делать законодательство, но по его внутреннему морально-этическую кодексу он не позволяет себе этого сделать, в отличие от его оппонентов, которые вывалили на него кучу этих всех дел, кучу этого дерьма, которые [дела] являются одно за другим необоснованным. Мы все стали свидетелями того, как прокурор Мюллер в течение двух с лишним лет проводил расследование так называемое Russian collusion, о том, что якобы <нрб.>, что якобы Трамп связан с Россией и с Кремлём. Результат какой был? Вывод прокурора: нет ничего, абсолютно ничего.

Можно представить себе, что этот прокурор работал при демократической администрации, при поддержке всех этих демократических… он не нашел ничего. Несмотря на это, многие демократические СМИ продолжают распускать эту ложь, продолжают распускать эту фальсификацию. С чем мы имеем дело? Мы имеем дело с человеком, который придерживается своего внутреннего морального кодекса поведения, который мы можем смело называть аристократическим, можем смело называть джентльменским, а это [т. е. на другой стороне] как раз лица, которые не имеют ничего общего ни с первым, ни со вторым и которые, собственно говоря, понимая это, набрасываются на вот этого представителя, который просто своим фактом присутствия в государственной власти демонстрирует альтернативу, что может быть альтернатива, что может быть по-другому. Я Вам, Гари, расскажу сейчас одну историю, которую я Вам никогда не рассказывал.

Г. Табах: Ещё есть такие истории?

А. Илларионов: Есть такие истории. Недавно я общался с людьми, участвующими в кампании Трампа, которые просто вот работают в кампании Трампа. Я был не один, я был в компании с несколькими другими людьми из разных стран, из разных мест, и обсуждался широкий круг вопросов. И один из участников этой встречи… Ну, естественно, обсуждают в том числе такие вопросы, стандартные вопросы: не только то, что вы делаете сегодня, но и о том, что может произойти в том случае, если кампания окажется успешной, если Трамп будет избран, если он окажется президентом. Ну, естественно, есть огромное количество людей… Кстати, Трамп в последнем этом интервью «Тайму» тоже говорит: «Ко мне приходит очень много людей, которые хотят работать у меня в администрации на тот пост, на этот пост». Совершенно понятно. Естественно, люди стараются проложиться заранее, потому что, когда это произойдёт, будет уже поздно. Надо побеспокоиться об этом заранее. Так вот, один из участников этой встречи стал аккуратно говорить разговор о том, что: смотрите, вот у нынешней администрации, то есть у администрации Байдена, есть назначенные ею, администрацией Байдена, различные представители по различным направлениям, которые, например, ну, в частности, занимаются, там, как-то руководством, координацией инвестиционных проектов в Украине, например, госпожа Притцкер, госпожа из семьи миллиардеров, которая сама является миллиардером, из Чикаго, подружка Обамы, подружка Байдена, которую, естественно, Байден назначил на хлебное место для того, чтобы координировать миллиардные инвестиции в Украину при том и другом случае. И этот человек так аккуратно поинтересовался, что, в том случае, если вы победите, то, соответственно, вам, наверно, возникнет потребность в том, чтобы какого-то своего человека назначить на этот пост. Надо было видеть, какой взрыв произошел у наших собеседников со стороны кампании Трампа, которые посмотрели и на этого человека, и на всё. Их просто изнутри взорвало. Говорят: «Вообще как Вы могли подумать? Какое это отношение? Да Вы не понимаете ничего в Трампе, его это не интересует от слова совсем. Это интересует этого, нынешнего, где можно подзаработать, куда можно пристроить каких-то своих [людей]. У Трампа вообще в мыслях этого нет. Вы не понимаете Трампа. Если где-то надо кого-то устроить, где-то какие-то сделать шахер-махер, какие-то шуры-муры, это всё к Байдену, это всё к Обаме. Вы даже не представляете, насколько всё это чуждо Трампу». Я, вот, смотрел, это было настолько естественно – вот этот взрыв возмущения, негодования, и даже не только возмущения, а просто глубокого непонимания тех людей, которые могут в Трампе заподозрить какую-то заинтересованность в какой-то коррупции: большой, маленькой, ничтожной, даже в элементарном деле: там, какого-то куда-то пристроить. Это тотальное непонимание природы этого человека.

Г. Табах: Я Вам больше скажу: у него дети такие же, потому что его сыну, Дональду Трампу-джуниор, предложили вице-президента в NRA, National Rifle Association, одной из сильнейших лоббистских фирм, и он отказался. Он сказал: потому что если мой отец станет президентом, это будет неправильно, что я буду занимать такой пост в лоббистской конторе.

А. Илларионов: Сравните с поведением сына другого потенциального президента, который побежал в компанию, в какую-то компанию… это не NRA, это совсем другое дело. Вот на этом… Это ответ. Это мы совместно с Вами показываем разницу между двумя фигурами, между этими людьми, между членами их семей, между сотрудниками их аппаратов, сотрудниками их кампаний, насколько принципиально, этически, морально разные люди участвуют с одной стороны и с другой стороны. И ответ на этот вопрос говорит, почему они не принимают? – потому что они именно в этом видят главнейшую угрозу самим себе: в демонстрации того, что есть неподкупные люди, моральные люди, для которых вообще эти не только действия – мысли такие являются вообще невообразимыми.

Г. Табах: Да. К сожалению, многие люди этого не понимают, и они даже нас с Вами иногда спрашивают: а Вы-то зачем здесь, Вы зачем здесь собираетесь, Вам кто-то платит за это или ещё что. Понятное дело, что никто нам не платит за это, это мы делаем, потому что мы считаем, что это правильно. Ну ладно, с Трампом всё понятно. А Вас, Вас-то чего боятся, Андрей Николаевич, я вот не могу понять. Вы как ни выступите, как ни попытаетесь что-то объяснить… Это началось ещё давным-давно. Я так про Вас и узнал. Я, когда один раз Вас услышал, а потом сразу же через неделю выступает КГБшник и начинает Вас дербанить, топтать своими вот этими ГБшными кирзовыми сапогами. А я выступил, сказал: «Э, что вы, КГБшника слушаете? Вот умный человек, я разговаривал». И сразу же посыпалось: «твой Илларионов», «вот, твой Илларионов»… Кстати, Илларионов не мой. Если что, то наоборот: я – Илларионова. Вы не путайте, потому что я слушаю Андрея Николаевича, а не так, как он меня. Поэтому. И начинает сыпаться [на] Вас, как Вы только ни скажете, ни объясняете, что что-то происходит – через несколько дней… 5, я вот посчитал, от 4 до 6 дней, выступает и КГБшник или какой-то пропагандист бывший советский, там, Коммунистической партии или дезертир украинский, который очень боится, [думает,] что он, конечно, принесет больше пользы из Брюсселя, а не в армии украинской, потому что умирать должны другие, которые так много пользы не приносят Украине, как он. И сразу же на Вас вот этот налёт, [через] 4-6 дней. Вас чего-то они боятся. Я не понимаю, в чём дело. На меня такого налёта нет… ну, только из-за Вас. Там, на других – вот, сержант Азаркин, на него тоже не надо <нрб.>. Налётов таких, как на Вас, нет. И сразу же упоминается… Вы знаете, был такой один, который всё время писал: «Табах – колбасный еврей, Табах». Вот это у него была такая… «колбасный еврей» – это такая у него была притча. «Илларионов – работал на Путина». Хотя Вы на Путина, по-моему, не работали, были советником – это другое. Ну, это, можно Сахарова так же обвинить, там, ещё кого-то, многих людей можно обвинить, Саблина можно обвинить, многих людей можно обвинить – «у кого-то работал». Эйнштейн на Гитлера когда-то работал… Такие вещи, это сложно. Чего они Вас так боятся?

А. Илларионов: Приплачиваю я им, приплачиваю :). И тем самым повышаю узнаваемость, популярность :). Видите, таким образом и Вы обо мне узнали. А так бы и не узнали :).

Г. Табах: А так бы не узнал. Благодаря майору КГБ Швецу, спасибо, узнал про Андрея Николаевича :).

А. Илларионов: Видите как. Сработало :).

Г. Табах: Да, да, молодец. Теперь, вот, слушаем его. Хорошее объяснение, хорошее :). Хорошо. Еще один вопрос. Потому что уже Ваш ассистент устал держать эту камеру. Ещё один вопрос по делам. А почему у нас так много протестов в Соединённых Штатах Америки, на кампусах везде за свободу Палестины, то есть террористической организации, за свободу в Газе, за то, чтобы остановить геноцид… ЛГБТ, вот недавно комика погибли, транссексуалы за Газу, так много всего, так эмоционально, и с полицией драки, и жгут дома, переворачивают машины, а про Украину ничего не слышно, вот, никто себя не сжигает перед Российским посольством, хотя украинцев убивают. Опять же, террористическая организация убивает страну, которая хочет быть демократической и разделять с нами наши ценности, и террористическая организация, которая напала на демократическую страну, которая уже разделяет [ценности] и давний наш союзник. Почему вот так вдруг у нас профессорá, включая еврейских, так вот за Палестину, за Газу, за Хамас (Хамас их поддерживает), но не за Украину?

А. Илларионов: Так здесь же как раз и обнаруживается вот эта закономерность. Смотрите, террористический режим Кремля напал на Украину и убивает людей, убивает тысячи людей, каждый день погибают люди.

Г. Табах: Я думаю, сотни тысяч.

А. Илларионов: Ну, я говорю тысячи – каждый день. Потому что налёты, бомбёжки, ракеты, это всё происходит. Поддерживают ли жертву этой агрессии, выступают ли те же самые студенты тех же самых университетов Ivy League в защиту Украины? Нет. Даже тогда, когда это было в начале, в феврале, в марте 22-го года, когда было очень мощное движение поддержки Украины, но ничего подобного тем кампаниям, которые мы видим сейчас в университетах, – ничего и близко к этому не было. Сейчас мы видим, что террористические силы: и Хамас, и Хезболла, и Исламский джихад – нападают на Израиль, нападают на израильтян, убивают людей, убивают в Израиле, убивают не только в Израиле, но и убивают на территории европейских государств, сколько людей погибло, убивают на территории Австралии – нападение, террор и моральный, и не только моральный осуществляется по всему миру. Кто-то выступает таким же образом в защиту людей, которые стали жертвами этого террора? Нет. Наоборот, выступают в защиту террористов. Все эти палестинские флаги, которые стали просто символом террора, символом убийства людей, они развеваются на улицах американских городов, ими пытаются сменять американские флаги. Что это напоминает? Это напоминает ровно то, что происходило четыре года тому назад, когда улицы американских городов заполнили банды погромщиков из BLM, из Антифы, которые нападали на людей, на бизнесы, которые поджигали здания, которые обливали памятники краской, которые ломали эти памятники, которые устроили эту вакханалию, которая сопровождалась вакханалией убийств. Я неоднократно говорил об этом и ещё раз скажу, потому что ФБР эти цифры не даёт. Я собрал эти цифры по данным полицейской статистики ста крупнейших городов Соединённых Штатов Америки. В ста крупнейших городах Соединённых Штатов Америки, численность населения которых составляет только 15% населения всех Соединённых Штатов Америки, в 2020 году, за летние месяцы 20-го года после вот этой кампании, развязанной после смерти от перекачки наркотиками этого Флойда, на улицах американских городов было дополнительно к обычному уровню убито более 4-х тысяч американцев. То есть есть определенный уровень, к сожалению, он есть, этот уровень преступности, есть уровень убийств, он имеет некоторые колебания, но он сохраняется примерно на этом уровне. Вот за эти летние месяцы в результате искусственно спровоцированной волны погромов и убийств было дополнительно убито 4 тысячи человек. Убито не в Украине, не в Израиле – в Соединенных Штатах Америки. Убито насильственным образом – даже не от эпидемии [нрб.]. Чисто насильственным образом. Это было всё спровоцировано. Мы знаем. Тогда у нас были подозрения, а потом нам стало ясно, почему. Потому что 2020 год был год избирательной, электоральной кампании в Соединённых Штатах Америки. Необходимо было спровоцировать волну насилия, которая тем или иным образом… либо спровоцировать действовавшего тогда президента Дональда Трампа, о котором мы только что говорили: либо покажет его слабость, либо покажет его неспособность воздействовать на эту развёрнутую волну убийств, либо каким-то ещё иным образом. И мы знаем, что именно эта волна и пошла, и Трампа обвиняли в том, что он действует слишком агрессивно или он вообще ничего не делает – неважно, был повод для того, чтобы на него нападать. Это был 20-й год, и эта кампания, между прочим, развёрнута была по правилам, принципам именно тем, по которым действовали банды Красной Гвардии в 1917 году в Петрограде и в Москве, что помогло захвату большевиками власти в Российской империи и установлению тоталитарного террористического режима на 70 с лишним лет. Это совпадает полностью по мотивам и характеру поведения [с тем,] как действовали банды штурмовиков на улицах германских городов в 20-х-30-х годах, что помогло прийти нацистам к власти в 33-м году и установить там тоталитарный террористический режим.

То, что делали банды BLM и Антифы здесь на улицах американских городов, имело ту же самую цель–обеспечить переход к власти, о которой мы говорили с Вами в начале, от той власти, которая является обычной, нормальной, демократической, которая выступает в защиту интересов, прав и жизней американских граждан, к другой власти, которая будет это уничтожать и в Соединённых Штатах Америки, и за пределами Соединённых Штатов Америки. Прошло 4 года. В тот раз, когда закончилась та волна BLM и Антифы, – я помню, это осень 20-го года и потом особенно, когда стало ясно, что они в результате того, как они провели эти выборы и какие результаты они объявили, что произошло, когда произошло смещение власти, – я тогда же в ноябре 20-го года самому себе сказал: «Так, волна погромов BLM и Антифы сейчас закончилась. Когда её вызовут в следующий раз?». Я сам себе же отвечаю: «В 24-м году». Говорю: «Будем ждать, когда в 24-м году эта волна поднимется снова». И я ждал, честно говоря, 24-го года, я ждал волны BLM и Антифы. Я ошибся. Пришли не BLM и Антифа, а пришли теперь другие, обёрнутые в другую обёртку, но те же самые погромы. И, кстати, как уже сообщают многие комментаторы: иногда те же самые люди, финансируют из тех же самых источников, по тем же самым организациям. Для чего всё это делается? Они это делают для того, чтобы создать вот эту нервозную атмосферу, для того, чтобы запугать обывателя, для того, чтобы запугать гражданина, для того, чтобы гражданин, запуганный террором, который будет осуществляться на улицах американских городов, не решился бы выйти на ту же улицу для того, чтобы защитить выбор американского народа – тот выбор американского народа, который он может сделать в ноябре 24-го года. Вот для того, чтобы создать, напомнить об этой атмосфере страха, атмосфере террора, – именно для этого сейчас развязаны эти кампании в американских университетах. Да, поводом для этого являются действия на Ближнем Востоке, поводом для этого является террористическая деятельность Хамаса и других террористических организаций, но это только повод. Главная причина и главная цель – здесь, Соединённые Штаты Америки. Главная эта цель – ноябрьские выборы здесь 24-го года, главная цель – возможный приход президента Трампа в Белый дом. Именно это является одним из наиболее ярких примеров того, как они боятся смены этой власти.

Г. Табах: А чего они не протестуют против России за Украину, а протестуют против Израиля?

А. Илларионов: А потому что они не боятся этого. Потому что Владимир Путин, как Вы хорошо знаете, не раз, а два раза громко, публично, развёрнуто объяснил, как ему дорог президент Байден, и на вопрос о том, на чьей стороне его… как бы это сказать… симпатии лежат на этих выборах…

Г. Табах: С кем легче будет работать.

А. Илларионов: Ну конечно, с Байденом. Совершенно очевидно. Понятный, прозрачный, старый, не всё понимающий.

Г. Табах: Сегодня я ещё узнал, что, оказывается, почему такое давление было на Израиль и почему это всё началось в Израиле. Потому, что в Израиле нашли запасы газа огромные, Израиль начал качать, договор сделал с Италией, с Европой, что будет поставлять туда дешёвый газ. И всё, нельзя: только одна страна должна продавать газ, зарабатывать на этом, потому что у них идёт большая война и им надо её оплачивать.

А. Илларионов: Я думаю, когда пройдёт некоторое время и когда откроются некоторые архивы, я думаю, те из нас, кто доживет до этого времени, кто-то будет сильно удивлён, а кто-то, типа нас с Вами, будет не сильно удивлён, обнаружив, кто же на самом деле имел плотные отношения с Кремлём в течение всех этих лет и с чьей стороны осуществлялся Russian collusion.

Г. Табах: Я согласен с этим. Ну что ж, спасибо Вам огромное.

А. Илларионов: Спасибо Вам, Гари, очень рад Вас видеть, рад Вас видеть здесь после Вашей командировки в Украине, где Вы столь героически помогали нашим украинским братьям и друзьям всем, чем возможно: не только различными материалами, но Вашим словом, Вашим присутствием, говоря им постоянно, что Украина, украинцы не одни, что они все вместе – эти замечательные ребята, которые на стороне Украины.

Г. Табах: Ещё вот один человек на стороне Украины – Андрей Азаркин, сержант Американской армии, у которого свой канал «На Радаре». Рекомендуем, потому что кто-то стал говорить, что мы не дружим. Ну, в общем, ничего подобного, всё нормально, всё хорошо, мы все вместе, мы – стая, а они – стадо.